Авторы
  • Register

Авторская колонка

Николай Ютанов
Эксперты из Санкт-Петербурга примут участие в международном форуме мировых тенденций развития в Риге

10–11 апреля 2014 года в Риге пройдет Международный форум мировых тенденций развития (World Trends Forum)....
Далее....

Взгляд из Петербурга

Что читать ребенку

Специально для Взгляда из Петербурга. Март 2013

«Дело в том, что детская литература — это такой странный парадокс — обязана быть хорошей. У ребёнка есть врождённое чутьё: он дряни не читает, как собака не есть заведомо вредную траву. Вот это врождённое стилистическое чутьё — Тертуллиан совершенно справедливо говорил, что душа по природе — христианка. Я бы добавил, что душа, конечно, по природе эстетка. Ни один нормальный литератор не был воспитан плохой литературой. Об этом замечательно вспоминает Маяковский: в шесть лет он прочёл «Птичницу Агафью» и надолго, месяца на два, получил отвращение к литературе, но потом прочёл «Дон-Кихота», который определил его судьбу и мировоззрение. Ребёнок, вовремя читающий «Дон-Кихота», не пугается сложности этой книги, хотя прекрасно знает, что книга сложная, барочно избыточная, развесистая. Он просто получает своё художественное удовольствие, которое и я в восемь лет получил от «Дон-Кихота», совершенно не зная о том, что это сложная литература.» Эта большая цитата принадлежит блестящему перу Дмитрия Быкова, и я привел ее здесь потому, что сам готов согласится с каждым словом. Детская литература обязана быть хорошей, и соответственно, она действительно может определить судьбу человека (это не значит, что она все-таки ее определит)

Так вот вопрос – что надо читать ребенку? Я сам рос и читал детские книжки в кондовое советское время и также готов присоединиться к словам Марии Розановой «…Советская власть делала много отвратительных дел, но говорила при этом очень правильные слова, которые воспитывали удивительно правильных людей.» И вот какие же книжки Советская власть совала в руки детям?

В свое время меня совершенно ошеломила книга Гектора Мало «Без семьи». Во Франции она до сих пор считается образцом литературного языка. В России она переводилась до революции, а последний перевод был сделан в 1954 году – его я и читал. Сейчас в России эта книжка совсем забыта – и зря, о чем я еще расскажу. И еще там было предисловие, в котором объяснялось, что во времена Мало – а это конец 19го века - во Франции простой народ жил ужасно, а сейчас он живет еще хуже, в то время как для советских детей Коммунистической партией построен просто рай земной (я все еще удивлялся, почему французы толпой не бегут в СССР.) И когда я сам был в возрасте главного героя книги, то никак не мог понять – вот ходит он по французским дорогам с арфой и собачкой, в компании с другим маленьким музыкантом, зарабатывает концертами, и никто ему ничего не запрещает, а совсем наоборот. Ну и в конце хеппи энд, когда в своих странствиях он находит настоящую маму – английскую красавицу-аристократку, и вдобавок очень богатую. Автор советского предисловия очень ругал этот финал, за классовую ограниченность автора – мол, не будь мамы-миллионерши, подохнуть бы мальчишке под забором, как его первому наставнику, музыканту Виталису, который когда то был знаменитым певцом, а потом умер в нищете. Буржуазное общество, звериный оскал капитализма, и все такое.

А потом я прочел эту книгу уже вполне взрослым. И посмотрел на нее другими глазами. Ребята, это же учебник жизни! От чистильщика сапог до миллионера. И читая его становится понятным, что такое эффективное общество и естественный отбор.

Итак. Живет во французской деревне мальчонка, которого десять лет назад подобрали на улице в Париже еще младенцем. Подобрали, так не топить же. Нашедший его каменщик, у которого как раз умер собственный младенец, отдал его своей жене в деревню – мол, воспитаем, в старости будет работник в хозяйстве. На французских стройках тогда не было гастарбайтеров из Азии, гастарбайтерами в Париже были крестьяне, то что потом в СССР называлось словом «лимита». Паренек растет, и думает о том, как он будет работать, помогая матушке. Он уже и работает, копается в саду с лопаткой. Но случилась беда. На каменщика упали строительные леса, а судьи решили, что в этом виноват он сам – нечего было стоять под лесами. Искалеченный он возвращается домой, и первым делом тащит мальчишку в приют – самому есть нечего. Но случилось так, что заглянув в кабак, он встречает там бродячего музыканта, который предлагает ему сорок франков – за то, что раз и навсегда избавит его от дармоеда – ему, мол, нужен помощник в актерском деле. Сорок франков – хорошие деньги, и на уже следующий день рыдающий Реми тащится по дороге со своим нанимателем. Ничего, утешает его старик, со мной будет весело, я тебя научу грамоте, научу музыке, научу, как дрессировать собаку. Со мной не пропадешь, пойдем в Париж, я из тебя сделаю человека. Что ты забыл в своем огороде? А твой приемный папаша бедняк и калека, кормить тебя он все равно бы не смог. Думаешь, в приюте тебе будет веселее? И мало-помалу мальчишка начинает осваиваться в новой жизни. И первое чему его научили, и о чем ему всегда говорят – воровать нельзя, просить нельзя, надо работать, тогда тебя все будут уважать, даже если ты и бедняк. И он работает. И учится на своих ошибках. И там есть замечательная сцена – музыканта Виталиса посадили в тюрьму – он с полицейским подрался, а Реми остался один с необходимостью кормить собак и дрессированную мартышку. И он делит хлеб, и объясняет своим зверям, почему дает им маленькие кусочки – не знаю, что будет завтра, поэтому хлеб надо сэкономить. И вот они приходят в Париж. И там Виталис умирает – от переутомления, голода и холода. А мальчишку, замерзающего на улице, подобрал садовник. И говорит полицейскому комиссару, что возьмет его в семью. У него четверо детей, найдется кусок и для пятого. А что значит – «в семью»? Это значит – лопату в руки. И два года, подъем в пять утра и в сад – работать. Надо выплачивать кредит за дом и сад. И осталось выплачивать не так уж и много. И садовник решает устроить детям праздник – сводить их на пикник, благо хорошая погода. И они идут гулять, не накрыв парники с цветами деревянными ставнями. И начинается град, и когда они возвращаются в сад, то видят, что парники разбиты. И продавать – нечего. Садовник не может выплатить кредит вовремя – суд, конфискация, долговая тюрьма на пять лет. Четверо детей и Реми рыдают в доме, из которого их должны выгнать. Но приехала тетя, сестра садовника, и сразу решила что делать – двух мальчиков – на работу к дальним родственникам, одного в сад, а другого в шахту, чтобы он там тачку возил, старшую девочку – куда то «на берег моря» (сейчас пишу, и думаю – уж не в публичный ли дом?), а младшую, так и быть, возьму с собой, поскольку по своей малости работать он не может. А я, спрашивает Реми? А ты кто такой, говорит добрая тетя? Проваливай ко всем чертям, иди, живи, как знаешь сам. А вы заткнитесь, говорит она детям, нам и самим едва хватает на жизнь.

И Реми оказывается на парижских улицах. Для начала он идет в тюрьму, навестить приемного папашу. Тот советует ему устроиться на работу, опыт у тебя есть, тебя любой возьмет. Нет, папаша, говорит мальчишка, я повидал, что такое работать садовником, вот и ты у меня чудный пример. Одна ошибка – и пять лет будешь крупную клетку смотреть. Я лучше как-нибудь сам. Идет он сам по Парижу, со своей собачкой на поводке, встречает другого нищего мальчишку музыканта. Пойдем вместе, говорит он ему, вдвоем не пропадем. В Париже уличных музыкантов полно, а вот мы лучше пойдем по деревням, будем играть на свадьбах и праздниках, работы будет много (Маркетинг! Маркетинг!). И они уходят из Парижа, идут в деревню, где когда-то жил Реми и где живет его приемная мать. Зачем так просто туда приходить с пустыми руками – надо, например, купить корову! И они покупают корову! Надо лучше играть музыку – и они нанимают учителя. Пробуют другую работу, Реми работает на шахте – нет, музыка получается, а шахта тоже получается, но тяжко. Буду делать то, что умею лучше всего, пойду своим путем. Там потом было много приключений. И раскрутился. И нашел семью. И не голодал. И все, кто окружает Реми, говорят ему – парень, ты молодец, ты работаешь сам, ты не попрошайка и не вор, ты никому ничего не должен и никто ничего не должен тебе. Так и надо.

В те же семидесятые мне попала в руки книжка англичанина Дей-Льюиса, «Происшествие в Оттербери» он называлась. Сорок шестой год, маленький городок в Южной Англии, полуразрушенный немецкими бомбардировками во время воздушной «Битвы за Британию». Школьники играют сначала «в войну», потом в футбол, и один из них лупит по мячу, и вышибает окно в школьном классе. Кабинет, учитель, директор. Давайте посчитаем, сколько стоит замена разбитого стекла? Пять фунтов, огромные деньги. Кто разбил? Я разбил. Ну что же, Ник, ты должен возместить ущерб, соображай как. Парни, если гол забил кто-то один, очко засчитывается всей команде. Так, выворачиваем карманы. Не хватает… Ну что же, завтра в школе выходной, все с утра бегом на работу. Кто во что горазд. Кто-то чистил ботинки на улицах, кто-то пошел копать огород, кто-то встал к прилавку на рынке, а кто- то рисовал моментальные портреты по паре пенсов за штуку. И весь город воспринял это абсолютно нормально. Пацаны работают, святое дело, исправляют то, что испортили, по другому и быть не может. И собрали они эти деньги, которые потом отняли у из казначея местные хулиганы. Так мальчишки поймали и отметелили этих хулиганов. И вставили стекло.
Вы скажете, чепуха. Нет, дорогие мои, не чепуха. Если вы хотите вырастить работника с чувством собственного достоинства – вы даете читать ему одни книжки. А хотите люмпена, получателя рабских пособий и потребителя продукции Первого канала – значит даете другие, а лучше – никаких. Выбор то за вами. Только потом плакать не надо о неудачах.

Наш телеканал

Популярные темы

Наши партнеры

Ленинградская ТПП

Наше мнение

isogor

isogor

Контакты

Телефон: +7 (812) 944-38-42
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.